Rus
Обратная связь 8 (800) 080 71 20

Разработки Центра ортопедии в Кургане - шаг в будущее

Разработки Центра ортопедии в Кургане - шаг в будущее

Недавняя разработка Российского научного центра «Восстановительная травматология и ортопедия» имени академика Г. А. Илизарова, что в Кургане, обещает стать существенным шагом в будущее. Курганский РНЦ приобрел мировую известность еще в прошлом веке благодаря уникальным разработкам, а в 2007 году в его стенах прошли обучение 164 врача из 10 стран, среди которых Австралия, Греция, Китай, США, Южная Корея и Япония. О достижениях курганских медиков и непростой судьбе Центра рассказал его руководитель, лауреат премии Правительства РФ в области науки и техники, член-корреспондент РАМН, доктор медицинских наук, профессор Владимир ШЕВЦОВ в интервью корр. ИТАР-ТАСС Сергею Бушуеву и Сергею Богданову.

Вопрос:
Владимир Иванович, недавняя операция по исправлению врожденной аномалии у 14-летней сербской девушки прошла успешно благодаря новой конструкторской разработке. Есть мнение, что речь идет едва ли не о научном прорыве.

В.И. Шевцов:
Меня всегда настораживали подобные формулировки. Тем не менее, мы ожидаем, что наша последняя разработка станет существенным шагом в будущее. Созданный в РНЦ «ВТО» имени академика Илизарова многофункциональный аппарат-автомат для лечения заболеваний опорно-двигательной системы имеет достаточно высокий уровень новизны и позволяет лечить больного, не только контактируя с ним, но и на большом расстоянии. Мы ввели элементы виртуального руководства, дистанционного управления лечебными процессами. Кибернетическая составляющая позволяет врачу поддерживать обратную связь с пациентом вне зависимости от места, где он находится, и в режиме реального времени вносить необходимые коррективы, продолжая лечебный маневр.
В Центре уже начата клиническая апробация новой установки. Надеемся, что в этом году полученные результаты позволят нам перейти к следующему этапу. Думаю, нам предстоит тяжелая работа: необходимо поменять мышление специалистов, вытеснить с рынка то, что уже имеется, после чего начать широкое внедрение новой разработки как в России, так и в остальном мире.

Вопрос:
Разработка нового аппарата для внешней фиксации началась полтора десятка лет назад. Как появилась эта идея?

В.И. Шевцов:
Илизаровский Центр является интеллектуальным монополистом в области внешней фиксации, других способов лечения у нас нет. Когда 117 научных сотрудников и 90 врачей-хирургов практически круглые сутки занимаются одним и тем же, невольно рождаются какие-то усовершенствования. Идеи годами могут аккумулироваться, «притираться» к тому, что было заложено раньше, приобретать совсем неожиданное развитие и выстраиваться в единую цепь, показывая новые функциональные возможности. Из этого в результате и получается уникальная конструкция. Собственно, мощнейший интеллектуальный потенциал, работоспособность специалистов и делают курганский Центр самым заметным в мире.

Вопрос: 
Насколько велика опасность, что в ближайшее время применяемый сегодня аппарат Илизарова уйдет в историю?

В.И. Шевцов:
Летом 1992 года, после смерти академика Илизарова, валом пошли информационные сообщения о том, что деятельность курганского Центра травматологии и ортопедии завершается. Тогда я собрал коллектив и сказал: сейчас все зависит от нас - если мы хоть где-то допустим слабину, то уйдем в неизвестность. Сотрудникам Центра удалось сделать главное - в течение пятнадцати лет научно-исследовательская работа не прекращалась ни на день. Созданная академиком Илизаровым конструкция уже прошла несколько генераций. Из года в год эффективность лечебного процесса в Центре повышается. Скажем, для лечения бедра был создан «Фиксар», разработаны аппарат на позвоночник человека, а также внешний фиксатор для лечения заболеваний и повреждений кисти.

Вопрос:
Как случилось, что аппарат Илизарова, разработанный здесь, в Кургане, стал известен миру благодаря Италии?

В.И. Шевцов:
В начале семидесятых нас с Илизаровым пригласили в патентное ведомство, где он сделал очень подробный доклад о своем аппарате. Когда зашла речь о патентовании на внешнем рынке, один из «ответственных товарищей» возразил, мол, это несерьезно - получать, скажем, по доллару за каждый произведенный на Западе аппарат. То ли дело построить в Индии металлургический комбинат и сразу получить миллион. А аппарат Илизарова... Стоит ли такую мелочь патентовать? В то время международное патентование оплачивало государство, и нам было отказано.
А в мире аппарат Илизарова, действительно, стал известен благодаря итальянцам. На лечении в клинике оказался известный итальянский альпинист Карло Маури, которого привез к нам Юрий Сенкевич. Во время одного из восхождений Маури сорвался с горы, получив при этом открытый перелом большой берцовой кости. Многочисленные операции успеха не принесли - деформации стопы избежать не удалось, одна нога оказалась на 5 сантиметров короче другой, вследствие чего он постоянно был вынужден пользоваться ортопедической обувью.
Мы очень быстро исправили деформацию стопы, восстановили длину конечности. Конечно, ему это очень понравилось. Но, кроме прочего, Карло Маури был очень хорошим фотографом и сделал здесь множество снимков. Вернувшись домой, он рассказал о нашем Центре и показал фотографии друзьям, среди которых был и профессор Бьянки Майоччи, сын которого страдал от ортопедических недостатков. Майоччи быстро собрал группу профессоров и привез их в Курган для первого знакомства с нами. Они были поражены увиденным в Центре. Фото-, кино- и видеокамеры, которых мы тогда и в глаза-то не видели, работали практически безостановочно - итальянцы снимали буквально все.
Вскоре по приглашению коллег Илизаров съездил в Италию, где сразу же оказался в центре внимания, которое уже никогда не ослабевало. Об интересе к изобретенному в Кургане свидетельствует хотя бы то, что для каждой лекции Илизарову предоставлялось два часа, в то время как другим участвовавшим в конгрессах специалистам - по семь-десять минут. И это объяснимо - ничего подобного в мире медицины ранее не происходило. Скажем, Илизаров показывает снимки пациента, у которого одна нога короче другой на двадцать сантиметров. За ними следуют фотографии того же больного, но уже в протезном сооружении. А на последних слайдах, сделанных спустя несколько месяцев, видно, что тот же самый человек уже стоит на своих ногах. Впоследствии каждое выступление Илизарова на международных конгрессах заканчивалось одинаково - овациями.
Тогда же Бьянко Майоччи заразился идеей выпуска аппарата Илизарова в Италии. Мы договорились о патентовании на территории страны и заключили лицензионное соглашение сроком на десять лет, с 1983 по 1993 годы. Затем слава перекинулась на американский континент. В 1986 году руководство компании «Richards» (после объединения с англичанами она была переименована в «Smith@Nephew») объявило о процедуре подписания первого российско-американского соглашения на право производства аппаратов Илизарова на территории Соединенных Штатов. Это носило и определенное политическое значение - именно в то время после десятилетий «холодной войны» отношения между Советским Союзом и США начали несколько «оттаивать». Однако тогда соглашение не было подписано. Американцы договорились с итальянской компанией «Medical Plastic», которую возглавлял Бьянки Майоччи. Они создали совместное предприятие и начали производство аппаратов Илизарова уже на территории Соединенных Штатов, пользуясь тем, что наш патент на американский континент не распространялся.
Поскольку до этого мы неоднократно бывали и в США, и в Италии, где проводили множество курсов, учили специалистов, показывали на муляжах как накладывается аппарат, коллеги все очень быстро освоили. Учитывая, что «Richards» является третьей по величине американской фирмой в области производства медицинской техники, оборудования и медикаментов, а также имеет представительства в шести десятках стран, они постепенно перехватили инициативу по продвижению аппарата Илизарова и подготовке специалистов для работы с ним на всех континентах.

Вопрос:
Насколько сильна мировая конкуренция в сфере ортопедии и травматологии?

В.И. Шевцов:
В нашей стране внешняя фиксация практически не используется. У нас приоритетным направлением необоснованно стала фиксация внутренняя - это стержни, которые забиваются в костно-мозговой канал, прикручивающиеся пластины, шурупы.
Тем не менее, современную ортопедию сегодня невозможно представить без аппарата Илизарова или другого внешнего фиксатора. Считается, что присутствие нашего Центра на международном рынке обязательно. Поэтому мы заключили соглашения с Японией, Великобританией, США и Южной Кореей, которые предоставили нам эксклюзивное право на постдипломную подготовку специалистов из этих стран в области внешней фиксации. Кроме того, при проведении крупных медицинских форумов туда любыми путями пытаются затащить наших специалистов - только в нынешнем году Египет проводит три крупных конгресса, а также Морокко, Греция, Аргентина...

Вопрос: 
На американском рынке удалось закрепиться?

В.И. Шевцов:
Лет пятнадцать назад, когда не стало академика Илизарова, к нам приехали американцы. Сидим за столом в моем кабинете, разговариваем о том, как нам наладить дальнейшее сотрудничество. Один из тех, кого мы раньше знали, спрашивает: «У вас есть какие-нибудь свежие разработки?» У нас всегда есть что-то новое. В тот раз мы показали американцам аппарат, который уже сделали в металле, но он нам не очень понравился - тяжеловат, угловат. Если в аппарате Илизарова два кольца соединяются стержнями, установленными вертикально, то в этой конструкции они располагались V-образно. Были и другие отличия. Они посмотрели экземпляр, взяли его в руки, покрутили. А через год, когда я приехал в Америку, сотрудники фирмы «Smith@ Nephew» с гордостью говорят: «Мы создали новый аппарат», и демонстрируют. «Как ваш? Это же наш аппарат. Я вам показывал то же самое. Некоторые узлы изменены, но принцип тот же». «Нет-нет, это разработка очень одаренного и перспективного инженера Тейлора. Он автор». В данном случае американцы нашу-свою конструкцию сразу «посадили» на программное обеспечение. Поясню. В травматологии и ортопедии надо делать очень много математических расчетов. В данном случае американцы подготовили программное обеспечение для проведения репозиции. Скажем, кость сломалась, обломки разошлись в стороны - доктору достаточно по рентгенограмме замерить углы и ввести данные в компьютер, который сообщает алгоритм действий для того, чтобы сблизить и соединить эти концы.
Имея большие финансовые возможности, американцы начали тиражировать, буквально насаждать в мире аппарат Тейлора. Большие деньги они тратят как на создание специальных обучающих курсов, так и на продвижение аппарата Тейлора во многих странах.

Вопрос:
Интересно, сколько в мире выпущено аппаратов Илизарова и сколько американских прототипов?
 
В.И. Шевцов:
Подсчету это не поддается - во многих странах изготовлением наших аппаратов занимаются по две-три фирмы. Можно говорить лишь о приблизительных пропорциях: на пять аппаратов Илизарова сегодня приходится примерно один аппарат Тейлора.

Вопрос:
Из ваших слов получается, что если бы американцы не взяли нашу идею, то им и внедрять-то нечего было?

В.И. Шевцов:
Американцы сами признают - у них нет творческого потенциала. Когда приезжают в Курган, каждый раз удивляются: «Как вы можете все время придумывать что-то новое?»

Вопрос:
Видимо, повышенный интерес они проявляют и к вашей новой разработке?

В.И. Шевцов:
Ну, это естественно.

Вопрос:
Как вы отнесетесь к тому, что американцы и в этот раз первыми запатентуют аппарат, созданный в Кургане?

В.И. Шевцов:
Несколько настораживает существующая практика, когда патентное ведомство едва ли не на вторые сутки после получения патентной заявки официально «вывешивает» в Интернете всю информацию. В «мировую паутину» это поступает несмотря на высокую конкуренцию и возможность промышленного шпионажа. Скажем, прилетев в США, я уклоняюсь от разговора с коллегами по поводу наших новых разработок, а они при мне включают компьютер и показывают: вот ваши заявки, уже прошедшие патентование, а вот те, которые еще ожидают своей очереди.
К сожалению, для получения патента в России нужно 18 месяцев. Как только мы получили подтверждение того, что наша заявка поступила в патентное ведомство страны, сразу же начинаем процедуру международного патентования по системе РСТ - одним патентом «закрываем» все европейские страны, затем по отдельности патентуем в крупных государствах.

Вопрос: 
Сколько это стоит?

В.И. Шевцов:
Патентование каждого узла в одной стране обходится от двух до четырех тысяч долларов. Таким образом, лишь первичное патентование нового аппарата нам обойдется более чем в триста тысяч долларов. Кроме того, каждый патент нужно поддерживать взносами в течение десяти лет. К сожалению, сегодня мы вряд ли можем рассчитывать на поддержку государства при решении этой проблемы.
АМИ-ТАСС

03.04.2008
просмотров 4034